Конечно, дети — это счастье и цветы жизни. Но они также являются мощным испытанием на прочность. Особенно сегодня, когда мамы остаются с детьми 24 часа в сутки в своих квартирах. Блог программы «Мамина душа» — обсуждение Ольги Голицыной и Анны Яковишиной, консультанта по работе со сверстниками и мамы двух девочек. Рассказывает о том, с какими трудностями она столкнулась в декретном отпуске и что в итоге ее спасло.
Одиночество и сурковые дни
Первые три месяца после рождения моей старшей дочери мы жили у моей мамы. До ее рождения я даже не держала ребенка на руках. Первое время я постоянно волновалась. Она дышит, не дышит, кричит, а вдруг я не смогу ей помочь? Это большое давление. Ты жив, и ты отвечал только за себя, а теперь ты отвечаешь за жизни других людей. Первое время мне помогала мама, потом мы переехали в другой город. Я осталась одна с детьми: у меня не было ни друзей, ни знакомых, муж работал.
Было трудно привыкнуть к новому городу. Это маленький город: ни парков, ни развлечений, ничего. Когда гуляешь по городу, видишь бесконечные дома, серые, однообразные, грязные. И ты бесконечно бродишь по ним. Я никогда не любил ходить пешком. Я помню, как толкал троллейбус. Мой мозг был полон мыслей. Я теряю время».
Было трудно оставаться дома. Я собирался уехать на неделю или две. То к маме, то к бабушке. Я попросил отца забрать нас. Это помогало внести некоторое разнообразие. Я старалась слушать звуковые книги и песни, смотрела мелодрамы и как-то украшала свой декретный отпуск.
О родителях уже было много информации. Однако все они были немного разрозненными. В то время в моем окружении не было профессиональных экспертов, но не было и поддержки для других таких же мам, как я. В интернете я познакомилась с сообществом МЖМ, мы общались там, делились историями, устраивали марафоны. Это хотя бы вывело меня из состояния материнства. Это помогло мне каждый день находить что-то новое, за что можно быть благодарной. Это вдохновляло меня на то, что ты не одна. Но у меня не было друзей, с которыми можно было бы гулять с коляской.
После просмотра фильма и прочтения книги я ожидала определенного отношения, но именно это одиночество, этот день сурка, стало испытанием, проверкой моих отношений с мужем. Мне не хватало признания со стороны мужа, что моя деятельность имеет смысл и важность. Я не просто сижу дома и работаю, я каждый день присматриваю за ребенком и делаю работу по дому. Но никто этого не замечает. А мне трудно, мне нужна помощь, мне нужен отдых.
Когда дочке было 2,2 года, меня позвали на работу. Он пошла в детский сад. И все стало немного лучше — меньше времени на всякие мысли, споры и ожидания.
Линия спасения
Со вторым ребенком я не спешила. Хотя родители и мой муж начали вести эти разговоры. А я отвечала: «Это неправда: „Дайте мне придумать!“. Я не хотела возвращаться в те времена, когда была сурком. Я поняла, что не могу позволить себе то же самое с двумя детьми. Мне казалось, что это не для меня.
Но однажды я подумала: «Если не сейчас, то когда?». Наступил момент, когда я задумалась. Как я и надеялась, у меня была семилетняя разница с моими старшими детьми. И, в конце концов, возраст. На мой взгляд, все было так. Самый большой идет в школу, мы с малышом ее встречаем. День Мармота немного освещается. Конечно, все пошло не совсем по плану.
Я привыкла опаздывать со своими детьми. Я всегда переживала, что моя дочь опоздает в школу. А с малышами сложно установить распорядок и расписание. И я снова оказалась с ними. Конечно, когда я родила своего младшего и увидела эту маленькую ручку, меня сразу же накрыло волной любви. И в каком-то смысле это было легко. Если ребенок плакал, я знала, зачем нужны специалисты, если мы больше ничего не делали.
Но опять же, во время моего второго декретного отпуска были моменты, когда мне казалось, что земля уходит из-под ног. Муж ушел, и я осталась одна. Но он хотя бы приходил по вечерам, было с кем поговорить, дети были заняты. А здесь я одна.
Все накапливалось, как лавина. Здесь надо было быть, там надо было быть, за младшим надо было ухаживать, старшему надо было идти в школу. Мне хотелось плакать.
Я запираюсь в ванной, чтобы побыть в одиночестве. Меня спасло появление мамы — она включилась в работу. Но я снова решила обратиться к специалисту. Я чувствовала себя совершенно не в своей тарелке и искала, чем еще можно заняться, кроме домашней работы. Оставалась только функция «служить/обслуживать». Я думала о том, чтобы печь торты, вязать, но больше всего мне хотелось, чтобы в моем маленьком городке было что-то для мам из моего первого декретного отпуска. Затем на очередной встрече психолог предложила мне сделать это самой. В то время я посещала занятия по перинатальной психологии, была обучена как равный и хотела поделиться этими знаниями.
У меня было много страхов, но я приняла решение — я создала клуб, где мамы могли жить друг с другом и с профессионалами. Это придало мне сил. Я не знаю, чем бы закончилась эта лицензия на материнство, если бы не существовало моего клуба. Он буквально спас меня.
Я собираюсь закрыть голову.
Теперь большая часть моего времени и энергии посвящена моему клубу. Так легче справляться с повседневными проблемами. Если я где-то что-то не делаю, это не очень хорошо. Я смотрю на то, что я могу сделать, и выбираю то, что для меня важнее всего. Когда я начала работать, обязанности по дому стали еще более значимыми, и я восхищалась собой: какая хорошая девочка! Я поняла, что мне нужно с кем-то контактировать. Даже просто находиться дома в выходные дни для меня сложно.
Материнство делит жизнь на «до» и «после». Ответственность за других и снова изоляция, пусть и временная, — это огромное давление. С другой стороны, вы растете и развиваетесь. Вы берете на себя эту ответственность, учитесь жить с ней, получаете новый опыт, находите общий язык с людьми, с которыми раньше никогда не общались. Это многому учит вас.
И ваши дети учатся. Моя младшая дочь, кажется, может начать делать то, что нравится мне, а не другим. Я смотрю на нее и сразу понимаю, что, как это ни сложно, мне уже 35 лет. Настало время жить для себя. Когда я еще находилась с ней в декретном отпуске, все начало меняться, я больше не хотела сидеть на месте, мне хотелось какой-то непрерывности.
У меня две дочери, и я хочу быть для них примером для подражания. Я хочу видеть свою маму не стесняющейся, хочу, чтобы на нее никто не смотрел, но она это делает и делает хорошо. В этом мне помогает совет знакомого, который прыгает в прорубь во льду. Я не понимала: как он? А он мне: «Я не знаю, как он это делает. Я просто закрываю голову. Когда я хотел нырнуть, я останавливал свои мысли и делал это». Это открыло мне глаза. Теперь, если я боюсь что-то сделать, я просто отключаю голову и делаю это. Я подумаю об этом позже.
Вы находитесь в разделе «Блог». Мнение автора может не совпадать с позицией пенсии.
Иллюстрация Alphavector / Shutterstock / Fotodom